Главная
Агиография
Произведения
Материалы
Фотогалерея
Бхаджаны
Поиск
Ссылки

Удовлетворенность

 

Удовлетворенность


Комментарии Сатгуру Свами Вишну Дэва к тексту Рамалинги Свамигала  «Божественная песнь милости». 

Вопрос: Что вы испытали, когда Господь соизволил благословить вас?

Рамалинга ответил:  Это счастье святого танца нашего отца, которое я испытываю, пока являются сознательным также, как и не осознающим.

Первый признак вашей правильной практики – это ваше счастье.

По-настоящему мы можем погрузиться в естественное состояние, когда мы полностью удовлетворены. Когда это удовлетворение настолько нас переполняет и захлестывает, что нам нет нужды мечтать о чем-либо еще. Нам нет нужды страстно желать что-либо, нет нужды вспоминать о всех обидах и ранах, которые были нами перенесены. Все это настолько мелочно по сравнению с этим огромным счастьем, что мы просто смеемся над этим. Это счастье святой игры Всевышнего Источника.

Как только Абсолют касается нас, все наши иллюзии уходят, и начинается непрерывное счастье. Счастье – это качество Абсолюта. Оно существует прямо сейчас, но множеству людей удается быть несчастными. Фактически они большие мастера по тому, как делать себя несчастными. Все, что они делают похоже на попытки увернуться от того всепоглощающего счастья, которое на них изливается каждый раз. И многим это удается. С большим успехом они уворачиваются от этого счастья, уходя от самих себя. Кто-то уходит в свои мечты, в самопоглощенность собой, кто-то – в свое прошлое, в воспоминания своих старых привязанностей или обид. Кто-то – во внешние объекты, в другого человека, с которым, как он надеется, ему будет здорово и хорошо. Кто-то – в доктрины и концепции, которые, как он считает, дадут ему какое-то истинное знание. Все это различные формы убегания от этого счастья, которое есть прямо сейчас.

Однако, когда мы становимся удовлетворенным по-настоящему, созерцание начинается. Когда мы становимся в состоянии «здесь», пребываем «сейчас», когда мы принимаем самого себя от кончиков пальцев до корней волос, когда мы принимает мир таким, какой он есть и перестаем на него проецировать свои собственные мысли. Когда мы решаем видеть все то, что есть, начиная от себя самого, абсолютным, чистым и священным, тогда наш духовный поиск не прекращается. Он только начинается,и он начинает идти вглубь. Это означает, что начало практики истинного созерцания начинается с сантоши (удовлетворенности).

Если у нас нет удовлетворенности, то, сколько бы мы ни делали асан, мудр, тантр, пранаям, все это будет разновидностью проекций новых страданий.

Часто, когда мы не удовлетворены в наших духовных путях, мы пребываем в иллюзии, будто бы причины в нашей этой неудовлетворенности в чем-либо другом, к примеру, в другом человеке. Мы можем всерьез думать, что другие – это источник наших проблем. Большую глупость просто трудно найти. На самом деле неудовлетворенность есть внутреннее качество. Это тяжелый кусок прошлой кармы, который висит на душе. Но, не понимая этого, мы можем его спроецировать на кого-то. И тогда мы можем думать: «О, такой человек! Как он мог вообще?» И думать об этом человеке как-либо. Либо мы можем проецировать свою неудовлетворенность на какие-либо действия. Но это не так. Это просто состояние души. Если человек не удовлетворен, он просто находится в состоянии голодного духа, ему что ни дай, он все испортит и найдет способ быть неудовлетворенным.

Один человек пришел учиться к Гуру, и тот его сразу принял. Человек сказал: «Ну, что это за Гуру? Меня даже не испытывают. Он, наверно, неразборчив в учениках и принимает всех, кого попало». И он, будучи неудовлетворенным, очень разочаровался и ушел из ашрама. Он пришел к другому Гуру, и этот учитель был полной противоположностью тому. Чтобы попасть к нему, нужно было пройти через суровую аскезы, жизнь в горах, в постах и тапасе. И он был очень свиреп. И человек подумал: «Да это не Гуру вообще, как у него можно учиться?». И снова, неудовлетворенный, он ушел. Когда он пришел к третьему Гуру, он увидел, что тот очень учтив, умен и знает священные писания. Он в меру испытывает учеников, в меру с ними ласков и сострадателен. И человек подумал: «Да это просто пандит, который знает тексты». Он снова нашел способ быть неудовлетворенным. Когда он пришел к четвертому Гуру, тот постоянно был в самадхи. Точно видно было, что это великой святой. Он был настолько свят, что ему не было дела до этого мира: ни до писаний, ни даже до учеников. Он всегда был в самадхи. Этот человек, ученик, пришел и сказал: «Ну что это за святой! Этот человек не имеет никакого сострадания. Он погружен в свое личное счастье!». Он снова был неудовлетворен и пошел искать путь в другой ашрам.

Однажды ему встретился один святой, который сказал: «Ты никогда не найдешь свой Путь. Ты никогда не найдешь своего Гуру. Потому что в сердце твоем неудовлетворенность, и ты ее связываешь с внешним миром. Ты глубоко ошибаешься. Это неудовлетворенность не чья-то. Никто не виноват в твоих проблемах. Это все то, что ты сделал в прошлом и только ты за это отвечаешь. Все вокруг уже совершенно. Все вокруг давно уже святы. Однако прими свою судьбу и постарайся радоваться тому, что у тебя есть. Постарайся быть удовлетворенным в любой ситуации, в какую бы ты ни попал. И знай: это самый короткий способ прийти к освобождению. И только тогда начинается созерцание».

Удовлетворенность не означает, что мы впадаем в какую-то тамасичность, в какой-то сытое удовольствие и перестаем практиковать. Вовсе нет. Напротив, наша практика идет семимильными шагами. Наша практика проистекает из нашей полноты, нашей целостности. Именно из состояния удовлетворенность возможно истинное созерцание. Потому что мы теперь по-настоящему принимаем себя, принимаем мир, и мы можем открыться Богу. Мы можем наконец-то его услышать, потому что неудовлетворенное существо Бога не слышит.

Что делает неудовлетворенное существо? Оно жалеет себя. Оно просит: «Дайте мне что-нибудь, дайте мне кто-нибудь! Пожалейте меня! Подбодрите меня!». Неудовлетворенное существо зациклено на себе и на своих маленьких проблемках. Ему некогда думать о Боге. Но удовлетворенное существо всегда переполнено благодарностью бытию. Оно преисполнено восхищением. Оно плачет слезами радости каждую секунду. Потому что оно находится в таком состоянии полноты и глубины, что это может только нарастать и нарастать. Поэтому оно всегда думает об Абсолюте. Оно всегда переполнено восторгом, благоговением и благодарностью. Оно проживает каждый миг настолько целостно и полно, что не может даже помыслить о том, что существует даже кроха какой-то неудовлетворенности. Только из этой великой сантоши вырастает дальнейшее углубление естественного состояния. Все другие виды являются сансарой, обычным кармическим омрачением. Бегите от этих омрачений, как можете.

Это не означает, что не существует трудностей, препятствий и страданий на Пути. Их существует сколько угодно. Если бы их не существовало, вы бы не жили на земле. Однако тот, кто пребывает в удовлетворенности, в отличие от первого, все препятствия воспринимает как благословения. Все трудности – как подарок и милость.

«Меня спросили: «Что вы испытали, когда реализовали тело милости?

 Я ответил: «Это форма и вещество, изящество нашего Бога, которое я испытываю, пока нахожусь в самадхи, и буду испытывать, когда исчезнут любые понятия. Мое сердце переполнено экстазом. Оно кричит в радости. Слава Бога, его милости, которую он излил из сострадания на мое тело, ум, сердце и даже одежду. Все мое тело переполнено светом любви и радости. Даже великим мудрецам, знающим Веды, не снилось это в сладких снах. Он прибыл, чтобы пребывать в моем сердце.  Любой самоконтроль и практика ничто по сравнению с этим. И это удивительно.  Я принимал пищу чистой амриты и достиг формы существования, которая является неразрушением моего вида. Созерцать – это настолько превосходно! И я прибыл, чтобы быть обеспеченным медициной божественной мудрости, которая излечивает болезни и смерть. И я драгоценный камень среди драгоценных камней. Такой взгляд разрушает неведение. И так происходит познание себя. И тогда сердце в совершенной молитве кричит от радости.  Это все изящество Бога – моего возлюбленного».

Стихи Рамалинги – это настолько священная вещь, что просто их читая, вы можете устранять тучи омрачений. Он говорит: «Мое сердце переполнено экстазом. Оно кричит в радости: слава Богу, его милости, которую он излил из сострадания на мое тело, ум, и сердце… Даже великим мудрецам, знающим веды, не снилось это в сладких снах». Примерно такое переживание испытывает йогин, когда он открывает это всетотальное, всеохватывающее состояние. «Созерцать – это настолько превосходно!» Даже малейшее прикосновение к Всевышнему Источнику радикально меняет все. Такой йогин просто задыхается от восторга и от экстаза. Ему некогда даже думать о каких-то мелких вещах. Это подобно тому, как на бедняка свалилось внезапно огромное состояние, и он стал мультимиллиардером.

«О мой Господь! Я понял, что все живые существа – это священный храм, где ты пребываешь и танцуешь свой вечный танец. И я избавился от всего зла и ненависти. И я достиг процветания и постиг того, кто является вне естественных сил и их функций. Я стал потерянным в радости, танцую с поднимающимися волосами на моем теле от экстаза. Все живое и неживое достойно этой радости и счастья. Поэтому ищите убежище в моем отце, который один может дать вам неиссякаемый поток вечного блаженства. Созерцайте то, что Бог сделал для своего бедного слуги. Высшая добрая слава сияет из этой глубины. Могущественные завесы затмения упали вокруг меня по частям и исчезли. Массивные темные наросты в моем существе были все удалены. Большие чудеса чистоты и сострадания прибыли, чтобы пребывать во мне.

Все живые существа – это священный храм…. Все живое и неживое достойно этой радости и счастья… Поэтому ищите убежище в моем отце, который один может дать вам неиссякаемый поток вечного блаженства».

Что означает «искать убежище в отце»? Кто есть отец? Отец есть чистое сознание, которое выше личностного «я». Когда мы ищем в этом отце убежища, мы входим в неиссякаемый поток высшего блаженства. Когда мы ищем убежища в чем-то другом, мы всегда в замешательстве и оказываемся околдованы иллюзиями. Ищем ли мы убежища в словах, теориях, собственной саморефлексии, в общении с другим человеком, в чем-либо внешнем, мы всегда оказываемся околдованными и не можем достичь этого блаженства.

Рамалинга говорит: «Массивные темные пласты кармы в моем существе все были растворены благодаря сиянию потока вечного блаженства».

Сколько бы ни было у нас засоров, кармических реакций, когда мы подходим к этому блаженству, все они начинают растворяться один за другим. Если кто-то вспоминает свое прошлое и думает: «У меня было такое трудное детство, я испытывал такие-то переживания», то я ему говорю: «Да забудь ты об этом! Как только ты соприкоснешься с этим, ты увидишь: все это было сном. Ты забудешь, что ты был каким-либо другим человеком». Кто-то говорит: «Я думал и решил: надо вот это, надо вот так-то!..». Я говорю ему: «Оставь ты эти игры в мысли и саморефлексию. Как только Источник тебя коснется, ты забудешь обо всем этом. Твое сознание еще десять раз поменяется. Все это пройдет. Зачем ты придаешь этому значение? Все это настолько нереально. Не придавай этому значения. Это все лилы поверхностного ума. Ищи убежища в этом отце. Хватит играть во все всерьез».

Царь Ютхиштхира однажды пришел к Кришне и попросил у него наставления на случай, когда Кришны рядом не будет, а он окажется в критической ситуации. Кришна дал ему медную табличку и сказал: «Откроешь эту табличку только тогда, когда меня не будет и будет критическая ситуация». Однажды Ютхиштхира потерпел поражение в битве и ситуация шла из рук вон плохо. Он вспомнил про медную табличку и открыл ее. Внутри был выгравировано: «И это пройдет». Таким же образом любое наше состояние скоро пройдет. Все это не реально вообще даже на секунду. Поэтому истинный йогин ищет убежище в этом Отце, который только реален. Все остальное пройдет. Ваша привязанности и неприязнь, ваши страдания или видения в опытах, ваши мысли – все это преходящи. Святой на этом не основывает нашу жизнь. Святой смотрит на это как на иллюзии.

«О Господь! Кто-то читает тебе молитвы, желая денег и славы. Кто-то весь день заучивает тексты священных писаний, мечтая обрести славу знатока. Другие ищут тебя в храмах и пуджи. Кто-то едет в горы и пустынные места, надеясь на встречу с тобой. А кто-то утомился читать молитвы тебе, поражаясь твоим превосходством и внутренними качествами. Лишь я, ваш бедный слуга, думаю о вас, когда ем, когда сплю, в тяжкий труд я всегда с вами, так как вы – мой наставник, тот, кто любовно положил в мои руки божественный подарок.

О Господь! Когда я потерял всякую надежду на твое благословение, ты предстал передо мной и ободрил меня. С того дня я бы поражен от радости. Мой Отец! Мой наставник! Мой Бог! В этот день ты освободил меня от всех печалей, препятствий и опасений».

Рамалинга говорит: «Лишь я, ваш бедный слуга, думаю о вас, когда ем, когда сплю, в тяжкий труд я всегда с вами, так как вы – мой наставник…». Это и есть принцип естественного созерцания. Что мы созерцаем? Куда мы созерцаем? На что мы направляем наш разум в момент созерцания? Конечно, только на эту единую сущность и больше ни на что. Все многообразные техники – атма-вичара, трая-санкальпа, медитация пространства, - это всего лишь отмычки наблюдения за телом, чтобы развернуть и утончить наш разум и развернуть его на Всевышний Источник. Не следует думать, что техники какие-то самодостаточные, отдельные от Абсолюта. Поэтому когда йогин есть, спит, тяжело трудится, он всегда однонаправлено направляет свой разум на Всевышний Источник.

Рамалинга говорит: «Когда я потерял всякую надежду на твое благословение, ты предстал передо мной и ободрил меня, и я был поражен от радости». Все ваши надежды проистекают от иллюзий. Только когда вы потеряете их, откажетесь от них, перестанете с ними отождествляться, Абсолют предстанет перед вами. А до этого момента он не мог предстать перед вами, потому что вы ему мешали своими надеждами. Только когда вы оставите свои надежды и примите свою судьбу, научитесь полностью быть удовлетворенными и в этой удовлетворенности обретет созерцание, вы внезапно развернете свое сознание к Источнику. Это не означает, что у вас не будет вообще мыслей о завтрашнем дне. Они будут, но теперь они будут не существенными, как игра, потому что вы каждую секунду будете жить в абсолютном сегодня, сейчас.

«О Господь! Я был все время занят разговорами и легкомыслием. Я истратил здесь и там уйму времени. Я походил на запущенную собаку, которая изо дня в день среди грязи охотилась за пищей. Но светом своей милости ты усадил эту собаку на драгоценный трон и короновал корону, состоящую из драгоценных камней.

О, слава тебе, Господь, и твоему вечному терпению! О божественное сияние! Я могу уподобить твою любовь любви матери. Но даже любовь матери всего лишь слабое отражение твоей бесконечной любви.

О мой Господь! Ты проявил ко мне свою милость, очистив все нечистое, разрушив все отбросы во мне. Ты любовно взял меня как собственного слугу и преданного. Ты возлил на меня нектар своей милости, который нес меня к берегу бесконечного сияния. И я могу назвать тебя слитком золота, который сияет в шкатулке изящества. Ты вечный танцор, танцующий в сердце любви.

О мой Господь! Ты тот, кто спонтанно творит миры в сердце любви и создания, и я клянусь на ваших святых ногах, что буду вечно вашим преданным, почитая с великой заботой ваши творения. Но я не могу убрать всю солому с поля лишь своими собственными силами и согласием. Поэтому с этого момента вы должны мне помочь любыми средствами, чтобы проявить эту любовь на все ваши творения. Вы непосредственно должны защитить меня. Это ваше обязательство, которое вы дали, когда я вам сдал свое тело, ум, чувства и мысли. И пусть все живые существа почувствуют и ощутят эту бесконечную божественную любовь».

Рамалинга говорит: «Я был все время занят разговорами и легкомыслием. Я истратил здесь и там уйму времени». Мы так заняты своими разговорами и мыслями, что нам некогда слушать Бога. Поэтому мы тратим очень много времени. Если бы мы слушали его очень внимательно, нам потребовалось очень бы короткий промежуток времени. Нам потребовалось очень мало времени: время, достаточное для щелчка пальцами.

Почему мы не слышим голос Абсолюта? Потому что мы слушаем себя. Поверхностного себя. Только когда эго умолкает, голос Абсолюта начинает звучать. Эго Рамалинга уподобляет запущенной собаке, которая среди грязи охотится за пищей.

Пища эго – это иллюзии, и ими оно питается. Но когда свет нисходит на эго, эта собака садится на трон. И этот свет коронует ее короной, состоящей из драгоценных камней. Эго не знает, что его величие и слава в Абсолюте. И оно пытается жить само по себе. Оно пытается планировать свою жизнь, не учитывая Абсолют. Только когда оно касается этого интуитивного разума и начинает получать из него свет, только тогда наконец и эго получает свою корону.